В дестве меня приучили не мусорить подзатыльниками. Поэтому Кунцевщина, залепленная бычками и пакетами, для меня выглядит странно и убого.
Сегодня на выходе из метро толстый мужик хотел харкнуть, но, проявив сознательность, – склонился над урной. Это было в равной степени приятно и отвратительно для моей тонко организованной души.